Вечер

…Темнота зала, редкие проблески света скользят по стенам и по фигурам танцующих людей. Они не обращают друг на друга никакого внимания, они полностью поглощены собой, своим танцем и своим партнером, кажется ничто не в состоянии нарушить эту картину.

Она. Ее движения можно было сравнить с танцем мифической саламандры. Когда струи живого огня, словно нежно гладят каждый прекрасный изгиб ее тела. От этого зрелища невозможно было отвести глаза, она завораживала и манила к себе. Не знаю точно, сколько времени я наблюдал за ней, кажется, сменилось несколько ритмов, а она все танцевала, и это время показалось мне одной минутой, минутой истинного наслаждения. Даже музыка не имела никакого значения, словно я ее не слышал. Музыки могло вообще не быть. Пусть даже она и танцевала бы в полной, абсолютной тишине, не нарушаемой даже звуком моего дыхания – я не смел дышать, боясь спугнуть ее единственным неосторожным выдохом, неосторожным движением. В своем танце она сама была живой музыкой, словно переливалась, била по барабанным перепонкам, заставляла двигаться в одном ритме с ней, и в то же время оставаться неподвижным она затягивала в водоворот вместе с собой и одновременно заставляла держаться в стороне, водоворот любви, любви глазами, любви непостижимой и неописуемой обычными словами, и не воспринимаемый как часть реальности. Что-то отдаленное, но затрагивающее каждую клетку моего тела.

Она видела меня, знала, какое впечатление на меня произвела, знала, что я в этом танце вместе с ней. Она тянула к себе. Она улыбалась мне. И ее улыбка меня кажется, приводила в состояние, близкое к настоящему, неподдельному экстазу, тому, который не в состоянии заменить ни хмельные напитки ни наркотический дурман. Она пьянила меня сильнее, чем все вина на земле, вместе взятые. Но оставалась недостижимой, как мираж светлого чистого озера с прохладной водой может оставаться недостижимым для заблудшего путника в пустыне, умирающего от жажды. Призрак жизни. Для обреченного. Единственное спасение, которого никогда не будет.

Я еще помню этот сон. Просто фрагмент из далекого прошлого, а может – будущего, которого никогда не будет, не знаю. Знаю только одно, один лишь взгляд в эти прекрасные глаза, полные какого-то неизвестного мне ранее огня, заставил меня навсегда стать их рабом, рабом девушки из сна, а ее танец, ее прекрасное тело, ее улыбка заставили меня желать ее больше чем любую другую девушку на этом свете, или во сне, – где угодно. Желать девушку из сна…